Петербургский государственный университет был учрежден одновременно с Академией наук и Гимназией указом Петра Великого 28 января 1724 г.
О результатах педагогической деятельности первых профессоров Университета можно судить по их студентам. Из 38 известных первых выпускников четыре человека были оставлены при Академии: Василий Адодуров - первый русский адъюнкт высшей математики, создатель учебника русского языка, куратор Московского университета (с 1755 г.); Мартин Клейнфельд - адъюнкт анатомии, впоследствии академик; Иван Ильинский - академический переводчик; 13 человек определились на государственную службу в России. Среди них Антиох Кантемир, видный дипломат первой половины XVIII в. и знаменитый поэт-сатирик, Павел Кондоиди - биолог, директор медицинской канцелярии, организатор медицинской службы в русской армии. Шесть человек покинули Россию, а судьба троих неизвестна.
В истории Петербургского университета выдающееся место принадлежит великому ученому и организатору отечественного образования Михаилу Ломоносову. Около тридцати лет его жизнь и деятельности были неразрывно связаны с Университетом в Петербурге. Ломоносов прибыл сюда из Москвы в числе студентов Славяно-греко-латинской академии, здесь он прошел путь до профессора и ректора. Памятник академику и замечательному просветителю России на Университетской набережной - достойное признание его заслуг в развитии расположенных по соседству Университета и Академии наук.
После возвращения в 1741 г. в Петербург из-за границы, куда Ломоносов был командирован в числе других студентов-стипендиатов Университета, он активно включился в педагогический процесс. Молодой ученный подготовил лекционные курсы для чтения студентам, в том числе и курс физики на русском языке (в 1746 г.). Его авторитет среди профессоров и студентов основывался, прежде всего, на интенсивной педагогической и административной деятельности. С 1757 г. Ломоносов входил в состав Академической канцелярии по управлению учебными делами, им были подготовлены проекты документов по усовершенствованию деятельности Университета и Гимназии. В январе 1760 г. президент Академии наук передал в единоличное управление Ломоносова Университет и Гимназию, т.е. фактически назначил его ректором.
Важной вехой в истории Петербургского университета стало событие 24 июня 1747 г., когда в Царском Селе императрица Елизавета Петровна утвердила "Регламент императорской Академии наук и художеств в Санкт-Петербурге", который на долгие годы опередил статус Университета и Гимназии. Введение в действие Регламента подтвердило существовавшую ранее практику деятельности Университета и Гимназии - публичных лекций, студенческих научных исследований, лабораторных занятий, апробации студенческих работ перед академическим собранием, высоких требований к профессорам и студентам.
В истории Петербургского университета XVIII в. особая роль принадлежит Гимназии. В первое столетие существования Университета, во время многочисленных преобразований, только благодаря Гимназии сохранился университетский курс в стенах Академии наук. В XVIII и даже в начале XIX в. еще не были четко разграничены программы средних и высших школ. Часто учебные заведения совмещали в себе черты и начального, и среднего, и высшего учебного заведения. Таковы были в ту пору в России гимназии, лицеи, университеты и училища. Особую значимость Гимназии в судьбе Университета в Петербурге подчеркивал Ломоносов. Он считал ее за Universitatis nutrix sen penu atque promtuarium (кормилицу университета, его кладовую и поставщицу).
Период становления Гимназии был долгим, трудным и сопровождался многочисленными недостатками. Ее деятельность критиковали как современники, так и позднейшие исследователи, но, думается, несколько преувеличивая негативные моменты, а то и представляя картину, которая не соответствовала действительности. Так, иногда утверждается, что учителя и профессора в Гимназии занимались в основном обучением детей иностранцев. Между тем данные "Генерального списка" учеников Гимназии свидетельствуют, что в 1726 г. из 112 поступивших россиянами были 76, в 1727 г. из 58 - 32, в 1728 г. из 27 - 14. В последующие годы количество россиян в Гимназии увеличилось, в 1731 г. из 29 поступивших их было 21, 1733 г. из 47 - 35. Да и большинство нерусских учеников происходило из семей, не одно поколение которых проживало в России.
После смерти Ломоносова в 1765 г. учебные заведения Академии наук - Университет и Гимназия - подверглись новым преобразованиям, которые привели к их слиянию. Именно этим объясняется и относительно редкое упоминание в документах того времени (но не полное его отсутствие)термина "Университет" и появление нового - "Училище Академии", "Академическое Училище" или "Училище при Академии". При этом не исчезло и название "Академическая гимназия". Существует и некоторая путаница в названии учащихся, их называли "воспитанники", "питомцы", "гимназисты", "элевы", "старшие гимназисты", "студенты". Уместно обратиться к суждению такого авторитетного знатока истории российского просвещения, как М.И. Сухомлинов. Он писал "В ХVIII столетии не было резкой грани между названиями студент и гимназист; нередко одни и те же лица в один и тот же период времени слушали лекции в университете и учились некоторым предметам в гимназии или в народном училище. Гимназии считались то низшими, то средними, то высшими учебными заведениями, в последнем случае однозначными с университетом".
Считается, что реформу, объединившую учебные заведения Академии наук, осуществил в 1770 г. инспектор Г. Бакмейстер. Он ввел для лучших учеников старших классов чтение университетских курсов на латинском и немецком языках. Интересно, что опыт совместного гимназического и университетского обучения был осуществлен еще при Ломоносове. По его инициативе из самых способных учеников был создан "директорский" класс, где преподавался курс наук, близкий по содержанию и методу преподавания к университетскому.
Реорганизация, проводимая Г.Бакмейстером, проходила довольно удачно. Если в 1770 г. в "самом верхнем", т.е. университетском, классе Училища Академии занятия вели академики Вольф, Гернет, Лексель, то в 1771 г. к ним присоединились Лаксман и Крафт. А с 1773 г. воспитанников университетского класса стали именовать "элевами".
Особое место в истории Петербургского университета принадлежит княгине Е.Р. Дашковой. Она была назначена на должность директора Академии наук в январе 1783 г., а через 12 лет удалилась в "отпуск" и не возвращалась к управлению вверенным ей учебными заведениями до ноября 1796 г., когда император Павел I подписал Указ о ее отставке.
Дашкова взяла в свои руки руководство Академией наук в то время, когда Академия находилась в состоянии упадка. В крайне заброшенном состоянии были и отдельные подразделения Академии, в том числе Университет и Гимназия, или, как они назывались после слияния, Училище Академии.
Деятельность Дашковой по управлению Училищем Академии, ее успехи в педагогической деятельности - крупное явление русской культуры XVIII в. Без всестороннего анализа ее опыта не будет полной истории университетского образования в Петербурге.
Дашковой не удалось добиться инаугурации Петербургского университета, так же как это не удалось сделать ее выдающемуся предшественнику - ректору университета Михаилу Ломоносову. Но в сохранении университетского курса в Петербурге, в совершенствовании учебного процесса, в повышении авторитета и международной известности Университета ее заслуги вне сомнения. Свои педагогические амбиции Дашкова осуществляла настойчиво и последовательно. Ее горячее стремление воспитать "человека совершенного" не во всем достигало желанной цели, но это было благородное стремление.
История педагогического процесса в Университете и Гимназии в XVIII в. была бы не достоверна без освещения облика и состава учебной студенческой библиотеки.
Ведущее место в библиотеке составляла учебная литература по естественным наукам и общественным дисциплинам. Художественных книг в ней было мало. Духовную литературу представляли всего несколько изданий. К началу 1795 г. учебной библиотекой пользовались 136 читателей - студентов и гимназистов. Университетский курс в Училище Академии читался до 1805 г., наряду с этим ученые выступали перед студентами и жителями Петербурга с публичными лекциями. В начале XIX в. Училище Академии не только существовало, но и пользовалось популярностью среди населения Петербурга. Об этом свидетельствуют многочисленные обращения к руководству Академии наук и Училища Академии родителей, опекунов, обеспокоенных судьбой своих сыновей, племянников, внуков, с просьбой о приеме на учебу, которые хранятся в фондах Архива РАН.
Лишь в 1805 г. изучавшие курс наук в Училище Академии 50 воспитанников были переведены в пансион от Санкт-Петербургской гимназии на Мещанской улице, с платою по 250 р. за каждого из бюджета Академии наук. Воспитанники Академической гимназии были преимущественно дети академиков, адъюнктов и других академических служителей. Лучшие из них поступали в Педагогический институт, а оттуда, в звании элевов, - на службу в Академию.
Это важное, но не единственное свидетельство связей между Университетом, действовавшим в Академии, и его преемником - Петербургским университетом, функционировавшим в системе Министерства народного просвещения.
