От планирования ремонтных работ до конкретного исполнения плана — дистанция огромного размера. О механизме принятия финансовых решений в этой сфере рассказывает первый проректор по экономике СПбГУ И.П.Бойко.

 

 

В нашем Университете более 400 зданий и сооружений, из них больше 40 зданий — памятники истории, культуры и архитектуры федерального значения. Целый город в городе, да к тому же разбросанный по разным районам внутри огромного мегаполиса, от Смольного до Петергофа. И каждое из сотен зданий нужно содержать в порядке и вовремя ремонтировать, обновлять, может быть — перестраивать, модернизировать.

Как уследить за таким большим хозяйством? Где проводить ремонт срочно, а где — можно подождать? Сколько тратится на это бюджетных и внебюджетных средств? Каков алгоритм эффективного решения таких сложных задач в нашем огромном городе под названием Университет? На эти вопросы отвечает профессор Иван Петрович БОЙКО, первый проректор по экономике СПбГУ.

 

— Планирование таких средств начинается со сбора заявок от руководителей различных структурных подразделений. По этим заявкам определяется перечень целей, на которые следует расходовать средства. Естественно, общая сумма всех заявок значительно превышает наши финансовые возможности. Например, в 2009 году потребность Университета в средствах на ремонт и содержание зданий и сооружений, рассчитанная на основе заявок руководителей подразделений, составила почти 2 млрд рублей. Эту цифру мы и направили в Рособразование. А фактически в том году мы получили 310 млн рублей — т.е. более чем в 6 раз меньше наших потребностей. В 2010 году сумма заявок оказалась равной 1,8 млрд рублей. Выделено же Минфином нам по этой статье всего-навсего 111,5 млн рублей — т.е. в 16 раз меньше!

— Да, мы можем это сделать, можем перераспределить. Но для того, чтобы где-то количество денег увеличилось, где-то оно должно уменьшиться. Откуда их взять, из каких статей расхода? На коммунальные платежи нам и так не хватает примерно 50 млн рублей. Брать из зарплаты? Нельзя. Остается только оборудование. Но разве мы можем сказать, что с оборудованием у нас все в порядке и нам не нужны средства на его пополнение и обновление? Нет. Ведь запрашиваемые средства для приобретения оборудования также во много раз превосходят суммы бюджетного финансирования, выделяемые на эти цели.

В то же время должен заметить, что, кроме бюджетных денег, на содержание и ремонт имущества Университета расходуются значительные внебюджетные средства. Так в прошлом году, кроме выделенных на указанные цели 310 млн рублей из федерального бюджета, мы израсходовали 164 млн внебюджетных средств. И в текущем году расход внебюджетных средств будет примерно таким же, т.е. в общей сумме доля внебюджетных средств составит примерно 60%.

 

— Дальше заявки проходят экспертизу в ведомстве проректора по экономике и социальному развитию. Работники этих служб достаточно хорошо представляют состояние материально-технической базы Университета, поэтому их экспертные оценки приоритетности тех или иных проектов имеют большое значение.

— Теоретически искажение, конечно, может происходить. Но ведь в любом случае заявки нужно оценивать и сопоставлять, чтобы выбрать потребности первоочередные. Кто это будет делать? Специалисты в этой области — хорошие специалисты, каких в Университете много. И почему мы должны исходить из того, что кто-то что-то хочет исказить?

— Нет, это не так. Экспертиза — лишь один из этапов. После прохождения экспертизы заявки обсуждаются на весьма представительном совещании. Например, в этом году в таких совещаниях (их было несколько) участвовало 6 проректоров и 2 начальника управлений. В сложных случаях, когда не все было ясно, мы приглашали заявителей.

 

— Прежде всего, должен отметить, что, вне зависимости от числа участников обсуждения, в нашем Университете право принятия решений о распределении средств имеет ректор — или два первых проректора, действующих совместно. Во втором случае под решением должно быть две подписи. Оформляется оно приказом первого проректора по экономике.

Добавлю: деканом факультета я проработал 11 лет, мой коллега — первый проректор по учебной и научной работе — свыше 20 лет, ректор был деканом факультета 12 лет. Деканами были и большинство других проректоров. Поэтому, принимая решения, мы достаточно хорошо знаем положение дел на факультетах, достаточно хорошо понимаем, что именно — явное и тайное — стоит за той или иной заявкой.

И в свою очередь я хочу спросить: вы действительно считаете, что вопрос о том, что важнее: починить потолок в 315 аудитории одного факультета, сделать в аудитории 513 другого факультета нормальный пол вместо провалившегося или заменить вышедший из строя водопровод во дворе третьего факультета, — такой вопрос можно успешно решить большим коллективом? Например, на заседании Ученого совета СПбГУ путем голосования.

— Согласен с вами. Ученый совет должен определять приоритеты, устанавливать принципы, на которых должен базироваться план, но он не может заниматься непосредственным распределением денег по объектам. Эти принципы и приоритетные направления расходования средств я докладывал на заседании Ученого совета в ноябре 2009 года, и они были одобрены Ученым советом.

 

— Если говорить в общем о рассматриваемом направлении расходов, то главные приоритеты здесь — это обеспечение учебного процесса и обеспечение функционирования Университета в целом. Хотя конкретное содержание этих приоритетов непрерывно меняется. Например, три года назад у нас возник дефицит мест в студенческих общежитиях. Мы начали обсуждать идею проектирования и строительства двух новых общежитий и капитального ремонта двух других. На проектирование и ремонт были выделены деньги. Однако в результате выселения из общежитий свыше 1000 незаконно проживавших в них лиц и возврата в статус общежитий гостиниц (которые когда-то были общежитиями, а потом стали гостиницами) нам удалось увеличить число мест в общежитиях более чем на 1500. Вопрос о проектировании и строительстве новых общежитий отпал, и мы смогли использовать выделенные деньги на решение других первоочередных задач.

Хотя понятно, что два указанных приоритетных направления тесно связаны. Приведу такие цифры: в бюджете Университета на этот год выделено 27,5 млн рублей на эксплуатационные расходы, включающие вывоз мусора, дезинфекцию, обслуживание лифтов, пожарной сигнализации, котельного оборудования и т.п. Кстати, только на вывоз бытовых отходов университет ежегодно тратит свыше 8,5 млн. рублей.

— Дело в том, что эксплуатационные расходы в бюджете проходят по той же статье, что и текущий и капитальный ремонты. Поэтому за счет упоминавшихся мною 111,5 млн рублей должны быть в 2010 году профинансированы и эти расходы. Кроме того, почти 11 млн рублей выделено на реконструкцию системы электроснабжения главного городка. Этого явно недостаточно, но больше мы не смогли найти. Часть средств уже была истрачена в прошлом году, часть будет выделена в следующем. Но задачу реконструкции надо решать незамедлительно, поскольку основным объектам этой энергосистемы около 50 лет. Представляете, каковы будут последствия, если эта система выйдет из строя?!

А для обеспечения учебного процесса было выделено почти 28 млн рублей на ремонт учебных зданий и аудиторий. Еще 10 млн рублей отдано для ремонта баз практик. Мы впервые на ремонт баз практик выделили столь значительную сумму. И это тоже определенное изменение конкретного содержания приоритетов.

 

— Как показывает мой опыт работы деканом, универсанты со своими предложениями и пожеланиями идут, в первую очередь, к декану факультета или к руководителю структурного подразделения СПбГУ, где они работают. Такие предложения обсуждаются именно на уровне подразделений — и, в случае их принятия, включаются в заявку соответствующего руководителя. На уровень ректора и проректоров отдельные граждане выходят редко. В то же время активное участие в работе над бюджетом принимают члены профсоюзной организации сотрудников Университета.

Но есть еще один мощный «генератор» направлений использования финансовых средств, предназначенных на ремонт и содержание имущества Университета: предписания различных контролирующих органов. По разным причинам они копились с 1986 года — и теперь их у нас более чем на 900 млн рублей. Невыполнение этих предписаний влечет за собой штрафы, а в ряде случаев может обернуться и более серьезными последствиями. Поэтому мы вынуждены тратить деньги на, вроде бы, не самые важные цели. Хотя, с другой стороны, пожарный водопровод, построенный на последние деньги, или замена глухих решеток на окнах на распашные или раздвижные, возможно, и спасут кому-то жизнь.

Кстати (точнее, очень некстати), предписания дают отнюдь не только органы пожарного надзора. В 2010 году мы вынуждены были выделить 20 млн рублей на ремонт фасада одного из зданий университета (к счастью, в процессе аукциона цена опустилась до 15 млн рублей) по предписанию прокуратуры. Невыполнение этого предписания грозило большими неприятностями, хотя, на мой взгляд, фасад мог бы еще подождать…

— Но почему же эти предписания не исполнялись в течение такого долгого срока? Не было денег?

— Пять лет назад денег — в сопоставимых ценах — было не меньше, чем сегодня. Просто они тратились на другие цели, а предписания не считались чем-то важным. Их просто складывали в стол (точнее, в столы)… Что же касается денег, то мы же бюджетное учреждение, и, следовательно, деньги на реализацию всех этих предписаний должен дать учредитель. По крайней мере, их у него надо было просить — но это как-то никому не приходило в голову. В этом же году мы обратились в правительство РФ, обрисовали ситуацию и нашли понимание.

 

 — Вы упомянули о внебюджетных средствах, используемых для ремонта и эксплуатации зданий и сооружений Университета. А как происходит планирование использования этих средств?

— Во внебюджетных средствах следует различать две части: первая часть — это средства, сконцентрированные в централизуемой части накладных расходов (общий централизованный фонд, образуемый в результате отчислений от всех доходов структурных подразделений). Планирование использования этих денег осуществляется при помощи тех же процедур, что и планирование бюджетных средств. Вторая часть — это финансы, находившиеся в распоряжении деканов факультетов. Безусловно, при их использовании деканы имели значительно большую свободу выбора.

Однако и здесь следует учитывать, что в 2010 году для осуществления любых ремонтных работ впервые стали требовать, чтобы эти работы были включены в план ремонтных работ Университета. Сметы этих работ проходили экспертизу в соответствующих службах ректората, а выбор подрядчика осуществлялся на конкурсной основе в соответствии с Федеральным законом № 94-ФЗ. Соглашусь с тем, что включение тех или иных ремонтных работ в план происходило в значительной степени формально, однако теперь будем осуществлять более строгий контроль.

— Нет. Решать, в какой последовательности ремонтировать аудитории, лестницы и коридоры за счет средств, находящихся в их распоряжении, будут проректоры по направлениям. Мы просто не позволим им отделывать золотом и мрамором зал заседаний на втором этаже, если на третьем этаже в аудиториях обваливаются потолки. Пример, конечно, утрированный, но может служить ответом на ваш вопрос. К сожалению, похожие ситуации у нас были.

 

— Что вы! Проблем очень много. Сами посудите, насколько сложно правильно выбрать самые необходимые работы на 100 млн рублей при потребности в 2 млрд рублей. Безусловно, принимаемые решения несут на себе налет субъективности, но иначе и быть не может. Другие люди, возможно, приняли бы другие решения. Но мы руководствуемся той информацией, которую имеем, и своими представлениями о том, что является более срочным, а что — менее, исходя из многолетнего опыта работы деканами факультетов. Точность информации играет в данном случае очень важную роль, но она далеко не всегда удовлетворительна. Поэтому уже утвержденное распределение средств ежегодно приходится перераспределять: то проект не готов, то смета что-то не учитывает, то конкурс не состоялся и т.д.

Кроме того, велик фактор неопределенности. Например, в этом году мы потратили почти 10 млн рублей на сброс и вывоз снега. Для нас (как и для всего города) эта ситуация оказалась неожиданной. Поэтому нужно иметь резерв «на всякий случай». Так что проблем хватает.