- Подробности
-
Просмотров: 593
Вступивший в силу федеральный закон «О персональных данных» комментирует М.Н. Кудилинский, проректор СПбГУ по правовым вопросам
В этом учебном году студенты СПбГУ начали подписывать согласие на обработку Университетом их персональных данных. Указав свои ФИО, форму и курс обучения, паспортные данные и адрес проживания, они расписываются под словами: «Согласен на обработку всех персональных данных, необходимых для организации и осуществления образовательного процесса СПбГУ. Обработка моих персональных данных может осуществляться способами, предусмотренными законодательством РФ…»
Некоторые студенты обеспокоены необходимостью подписывать этот документ. Зная, что лучшее «лекарство» от сомнений — точная и полная информация, мы обратились к компетентному лицу за комментариями.
Проректор СПбГУ по правовым вопросам Михаил Николаевич КУДИЛИНСКИЙ объяснил:
— Действительно, в Университете введена новая процедура — сотрудники деканатов получают у обучающихся согласие на обработку их персональных данных. Делается это в связи с вступлением в силу изменений к федеральному закону «О персональных данных». В России постоянно совершенствуется законодательство, гарантирующее неприкосновенность личности, в том числе и в отношении защиты так называемых персональных данных. Общее правило теперь такое: любая информация о частных лицах может получаться, обрабатываться и распространяться только с их согласия.
Исключение составляет, например, служебная информация о работниках или о клиентах. При приеме на работу мы, как любой работодатель, просим у соискателей соответствующие данные о них. И ни у кого не вызывает возражений, когда записывают наши данные при открытии счета в банке, предоставлении кредита, при крупных покупках, оформлении дисконтной карты, доставки мебели и т.п.. В отношении работников или клиентов (при подписании договоров об оказании услуг или о купле-продаже) в законодательстве о персональных данных существуют прямые указания на то, что информацию о физических лицах можно обрабатывать без их согласия. А в отношении обучающихся таких указаний нет. Поэтому требуется их согласие.
— Какая именно персональная информация о студентах нужна Университету? О чем речь?
— У некоторых студентов может возникнуть впечатление, что имеется в виду информация о их сугубо частной жизни. На самом деле, сведений о частной жизни студентов у нас нет, мы их не собираем и не храним — просто потому, что такая информация нам не нужна! Речь идет об информации, которая сопровождает студента во время обучения: индивидуальные сведения, которые содержатся в его личном деле, о его успеваемости, о том, получает он стипендию или нет, предоставлено ли ему место в общежитии и где именно. Кроме того, это та информация, которую сам студент нам предоставляет при получении каких-либо льгот, дополнительных выплат или для того, чтобы перевестись на бюджетную основу обучения. Например, информация о тяжелом материальном положении родителей или, не дай Бог, об инвалидности кого-то из родителей.
Вся эта индивидуальная информация должна учитываться, обрабатываться и храниться. Кто-то может подумать, что речь идет о тотальном учете. На самом деле, обработка данных — это любые операции с данными. Например, хранение информации в личном деле, в базах данных. Да, мы не отрицаем, у нас есть электронные базы данных, и не первый год. Но раньше для каких-то операций не требовалось никакого согласия. Сейчас, при изменении законодательства, согласие студента необходимо для того, чтобы сохранить традиционный для Университета порядок работы с информацией. Без такого согласия мы не сможем (чисто формально) произвести какие-либо действия в отношении студента. Например, не сможем учитывать его успеваемость, предоставлять ему стипендию, переводить с курса на курс и т.п. Получился бы полный абсурд!
— А зачем нужна информация о студенте, когда он уже перестал быть студентом?
— После окончания студентом обучения в Университете мы тоже вынуждены учитывать информацию о нем. Хотя бы для того, чтобы гарантировать его права — например, при утере документов. Ведь чтобы восстановить утраченный диплом, нужны данные о том, как студент учился, как сдавал экзамены, когда и какого вида получил диплом. Именно этим обосновывается то, что согласие нужно и после обучения.
Кроме того, мы, по требованию контролирующих органов, обязаны предоставлять документы, на основании чего мы переводили студента с курса на курс, начисляли ему стипендию, выдали диплом. И через несколько лет можно восстановить полную картину: такой-то студент у нас учился, получал такие-то отметки, успешно завершил обучение. Так что это выгодно самому студенту.
— Какие сведения о студентах Университет предоставляет внешним организациям, а какие — нет?
— Разумеется, мы не собираемся информацию о студентах помещать в общий доступ, предоставлять любому и каждому. Действует общее правило: мы ответственны за обработку персональных данных, в том числе и за режим конфиденциальности. Но разумеется, по запросу правоохранительных органов мы обязаны предоставить любую информацию — очень надеюсь, что для студентов это не понадобится.
Очень часто к нам обращаются органы власти субъектов федерации РФ с вопросами о том, учатся ли у нас студенты из их региона (родившиеся или проживавшие там). Например, они хотят оказать им какую-то помощь, пригласить выпускников на работу, вовлечь в региональные общественные организации или культурные движения. Понятно, что намерения у региональных властей благие, прозрачные и вполне законные и они не ущемляют интересы студентов. Они просят контактную информацию о «своих» студентах. Но мы эту информацию им не даем! Максимум, что мы можем, — предоставить статистические данные о количестве студентов из их регионов. Если же речь идет о предоставлении именных стипендий, то предпринимаем меры, чтобы обеспечить контакт студенческого актива Университета с руководством того или иного региона. Но опять-таки — с согласия самого студента. Если какой-то студент не желает, чтобы власти республики или края знали о том, что он здесь учится, — они не будут об этом знать.
— Может ли студент отказаться, не подписывать согласие?
— Мы надеемся на сознательность наших студентов, которые понимают, что без их согласия мы фактически не сможем организовать учебный процесс. Не сможем принимать экзамены, выплачивать стипендию, переводить с курса на курс… Еще раз подчеркну: студентам нечего опасаться. У нас собирается только та информация, которую нам предоставил сам студент, и плюс та, которая образовалась в процессе его обучения в Университете. Никакой другой информации у нас нет и получать ее мы не собирается.
Евгений ГОЛУБЕВ (редакция журнала «Санкт-Петербургский университет»)